Мир перевернулся. Ходим по поверхности немого значения. Сколько несколько вязтььбббббюб. Вязь. Соленая вязь под холодильным морем. На дне были не только Горький и Гумбольт. Там радовались деяниям солнечные заячные аппараты.

Дискотека закончилась. Диана вышла вон. В туалете она посмотрела в зеркало. На неё смотрело очень красивое лицо. Платье таило её в себе. Неожиданно из одной из кабинок вышел незнакомец Бом-рашид и произнёс, слегка картавля на плохом французском:
- Я нашёл тебя, дева Конциссимо.
Девушка испугалась и задрожала, но так как она была напределе связана со всем миром, то мир чуть не пошатнулся под ней. Бом-рашид упал и утонул одной ногой в унитазе, стоящем неподалёку в этом длинном как тоннель туалете.
Девушка бежала к свету.
- Диана! – Кричали чёрные птицы.
- Диана! – Трубили безумные отцы.
- Диана! – Произнесла мёртвая мать и оказалась в проёме моего сна.
Сны не давали мне покоя. Поэтому было принято только одно решение: перестать спать навсегда. Так я и сделал. И видение исчезло передо мной.

Свет залил лицо. На белом белометраже я увидел две точки. Точки, ожившие и расширяющиеся, засасывали меня с двух сторон. Испуг был так велик, что воздух и разряженный газ разорвали тело – и душа полетела в рай.