[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
КОНФЕРЕНЦИЯ » Древо поэзии » Арт » АЛХИМИЯ (Стихи)
АЛХИМИЯ
baltinДата: Суббота, 25.10.2008, 15:09 | Сообщение # 1
Группа: Читатели
Сообщений: 1
Статус: Offline
Александр Балтин – член Союза писателей Москвы, автор 19-ти поэтических книг, более300 публикаций в 70 изданиях России, Украины, Беларуси, Италии, Польши, США, лауреат международных поэтических конкурсов, стихи переведены на итальянский и польский языки.


Алхимия

Алхимия жизни
Чрезмерно сложна.
Терпения жилы,
Смиренья луна.

Мечтаний довольно
Корявы края:
Конечно, невольно
Обрезался я.

И капелька крови —
Горячий рубин
Из области нови
Далёких глубин.

Смешаешь в реторте
Былое… а с чем?
Кровь ходит в аорте,
Чужая совсем.

Алхимия жизни
Хотя и сильна,
Иллюзии лживы
Во все времена.

Участь

Обещали морозы, а где же они?
Снег переходит в дождь — вот такая участь.
Наслаиваясь, в жизнь собираются дни.
А участи сколь обязательно присуща колючесть?
С болью в теле можно договориться, иль
Такой договор отдаёт дурновкусьем?
Терпение — вот идеальный стиль,
Не овладеем им — значит многое в жизни упустим.
Участь страшна, или нелепа она,
Но всё-таки есть, и в этом одном
Концентрическая радость заключена
Добром, серебром, янтарём…

* * *
Зима подтаяла мороженым.
Блестит янтарный небосвод
Над миром, будто огороженным
Режимом календарных нот.
Мост над оврагом — там. В провинции -
Вибрирует от мчащих в даль
Машин… И нет моей провинности,
Что для мечтаний дней не жаль.
Снег шубкой заячьей распластанный
Тут на асфальте… мёртвый зверь.
И всё же день, ходьбой рассказанный
Мне интересен — верь, не верь.
В нём сумма золотистых разностей.
…сугроб весь в оспинах весны.
И свет расцвета, новой радости,
Коль зимние уходят сны.

* * *
Недавно замощённые дорожки
Бульвара отливают под дождём
Тюленьей шкурой — но чуть-чуть, немножко,
И нефтью, золотой весьма притом.

Шарами фонарей переливают
Дорожки, и таинственны они.
Так много мне внезапно открывают
Окрестные огни…

Миссия шпрехшталмейстера

Шпрехшталмейстер объявляет
В старом цирке номера.
И мундир его сверкает,
Что сегодня,
Что вчера.

Группа храбрых акробатов!
И уже спешат они.
Заведённость автоматов,
Трюков сложные огни.

Тигры, дрессировщик славный.
Важно хищники идут.
Шаг упругий, вместе плавный.
И огонь не страшен тут.

Ну а клоунов не надо
Объявлять. Полно реприз.
Цирк едва ль подобье сада,
Но — полно счастливых лиц.

Счастлив человечек что ли
Сей работою своей?
Или он заложник воли
Золотящихся огней?

Вот он снова объявляет,
И довольно строг лицом.
И — заботы отменяет,
Все заботы — на потом!

Отрешитесь, отрешитесь!
Радуйтесь душой сейчас.
С радостью соединитесь,
Всё хорошее для вас.

Шпрехшталмейстер объявляет
В старом цирке номера.
И мундир его сверкает,
Что сегодня, что вчера.

Гностические зёрна

Утренняя улица темна.
Снегом опушённая она
Мистикой отмечена, примстится.
Небо точно плотный-плотный свод.
Но огни внизу играют — вот
Пустотой звеня автобус мчится.

Зёрна, что в сердца посеет явь
Стоит ли растить? Насколько я в
Данности? Ко мне идёт собака.
Тычет носом в брючину мою.
Глажу зверя. Тёмный воздух пью.
Тёмный, но не страшен он, однако.

Образ настоящего насколь
Дан разнообразной суммой воль?
Переулок в прошлое уходит.
Часто-часто будущим дыша,
Не поймёшь — растёт в тебе душа?
Или же мечтает о свободе?

Зёрна смысла, капли бытия…
Прохожу ларёк цветочный я,
Думаю ли о цветенье смысла?
Ночь весьма пространна, но она
В марте с утром смешана. Длина
Переулка входит прямо в числа.

* * *
Овраг обширный, будто сон.
Через него ведёт дорога.
И сумму вертикальных балок
Овраг представит — ими он
Ощерен — не всерьёз, немного.
Вот Стоунхендж. Совсем не жалок.

Коль ощущенья подкачают,
Придёт фантазия на помощь.
Зимою дети здесь на санках —
В огнях всё — весело съезжают.
Ты равнодушен, будто овощ
К игре. И нету смысла в сказках.

Бетонные мне балки эти
Столь интересны. Что-то строили,
И бросили. Окрестно город,
В котором вырастают дети.
Детьми возможно больше стоили.

Теперь зима. Скрипучий холод.

Вокруг Моби Дика

Весы качаются над бездной —
Насколько знает человек
Закон их действия железный?
К добру склониться чтоб, а не к…

Коль кашалот дан будто символ,
Погоня нам не по зубам.
А вы хотели б клумбу примул?
Уютный дом приятней вам?

Гарпун догонит кашалота!
И мяса будет сочный груз.
Ахав. Библейская работа,
Которой смысла я боюсь.

Кот-кашалот, котяра милый.
Дом обстоятельств нехорош.
От жизни, уж давно постылой
Как ни старайся, не уйдёшь.

Весы качаются над бездной.
Ко злу склоняться не моги.
И долей кажутся плачевной
Твои — пред высотой — долги.

Осень патриарха
Астры лохматые,
Осени шаг.
Стёртые даты и
Тот же всё враг.

Города-Ирода
Власть широка.
Дача, где иволга,
Рядом река.

Отъединение
От скоростей.
И разрушение
Личных страстей.

Ибо врастание
Возрастом в жизнь
Есть избывание
Скверны и лжи.

Зимний Таллинн

Картинка успокаивает нервы,
Картинка — зимний Таллинн — на стене.
Как будто город отворён, и недра
Его весьма любезны мне.

На черепице белый снег мерцает,
Соборы колют неба синеву,
Не больно колют — каждый это знает,
И я — поскольку долго я живу.

Дома, чьи окна тайною богато
Наполнены, видны проулки мне.
И облачко в углу — оно крылато,
И о крылатом вспомнится коне.

Цена идеала
(стихотворение в прозе)

Вышел из кухмистерской, и потянулся сладко, смакуя послевкусие. Постоял на галдарее, глядя на искристо-зернистый, сине-белый снег; и вдруг — она — тоненькая,
Порывистая, великолепная. Сбежал по ступенькам, и крикнул извозчика.
— Скорее — за ней!
ЗАСКРИПЕЛИ ПОЛОЗЬЯ ВЕСЕЛО, ГРОМАДНЫЕ, РАЗНОЦВЕТНЫЕ ДОМА ВАЛИЛИ В ГЛАЗА, ЮРОДИВЫЙ ВЗВЫЛ, ТРЯСЯ грязной бородой. Поражала скорость движения — Она, та девушка, та прекрасная неизвестная — свернула в один проулок, во второй, наполовину заваленный брёвнами, и вдруг — во двор.
— Стой! — крикнул извозчику, и кинув монету, устремился за… Чёрно-белый колодец-гроб, лабиринт страхов, слепые стены домов, и — костёр, как рыжий крик боли, и — низкое жёлтое окно, а за ним прачки — толстые, мощные, шум стирки, пар… И — страх дворов, которым нет конца.
Вот вам цена идеала.

* * *
Деревья чёрные и белый —
Такой по-детски белый снег.
Глядит на снежность очумелый
От силы счастья человек.

Глядит, забывши на мгновенье
Про 40 лет, про жизнь-печаль.
И новое стихотворенье
Отдать молчанию не жаль.

КОЕ-ЧТО О КОНЦЕ СВЕТА

Лето было или всё же нет?
Образы порой диктует бред.

Лезет на кафедру лобастый
Пустозвон и педант –
На кафедру докторскую променявший талант,
Лезет с мерзкой гримасой.
И кричит – Я рассчитал всё!
В садах расчётов произрастает истина!
Я утверждаю – скоро свет затмится траурной полосой!
И лоснится лысина.

Другие – доктора и профессора –
Зашумели – Как? Не верим! Быть этакого не может!
А оратор с кафедры возопил – Ура!
Светопреставление чувствую кожей.

СМИ, до сенсаций жадные
Завыли, запричитали. И настали денёчки жаркие.

А поэт лежал на диване под бетоном депрессии
Дома.
Чётко знал – не нуждается мир окрестный в поэзии,
Вспоминал, что не набрать стихов для следующего тома.

По улицам тем временем шагали рядами стройными
Попы в облачениях, миллионеры с корзинами денег,
Интеллигенты – их участь всегда и всем быть недовольными,
Домохозяйки – эти от нечего делать.
Инженеры, давно забывшие, что такое зарплата,
Партийные лидеры – горлопанистые ребята,
Редакторы, оперные певицы, шоумены,
На машинах ехали бизнесмены,
Собиравшиеся скупить сокровища Ойкумены.

Все протестовали против открытия
Лобастого мудреца.
Не хотели, чтоб свет исчезал, кричали.
Звучали разные голоса.

Композиторы музыку сочиняли,
Бравурность которой опровергала возможность траурной полосы.
На башнях, на кирхах, на многих запястьях сверкали
Как-то по-новому, весьма зловеще часы.
Но по утрам на сосудах травы выступали
Капельки зрелой росы.

А днём транспаранты люди несли, плакаты и флаги.
Не работали церкви, рестораны, магазины, конторы, банки.
Торговля по боку, не купишь элементерного:мыла, чернил, бумаги.
Ни помолиться, ни поменять валюту, ни скушать супа из жирной наваги.
Площади и проспекты патрулировали важные танки.
А поэт всё лежал на диване,
Видел строчки – они мерцали в тумане
Метафизическом,
Пока город заходился в экстазе мистическом,
До какого не было дела поэту,
Убеждённому, что никогда не исчезнет солнечный свет,
И не желающему мириться с тем, что лета более нет.


© Александр Балтин

 
КОНФЕРЕНЦИЯ » Древо поэзии » Арт » АЛХИМИЯ (Стихи)
Страница 1 из 11
Поиск: