творческие проекты и программы
афиша событий культуры в Тольятти
 
23.03.2012 (21:08)
«Каждому памятник – крест!»
«Каждому памятник – крест!»
И снова я обращаюсь к поэзии Николая Михайловича Рубцова (1936-1971), трагически закончившего свою непростую жизнь поэта, который в России, по словам Е.А.Евтушенко, больше, чем поэт. Поэт умер (точнее его убили), но его творчество осталось современникам, потомкам, людям – всем тем, кто в нём может найти что-то ценное для своей души.
 
Убили… В убийстве по-сути принимало участие немало людей, включая самого Рубцова, который своим вредным образом жизни притянул конечную ситуацию. Виновата его любимая женщина, виноваты окружающие, кто не помог, не помогал «утопающему» поэту. Виновата советская атмосфера режима. Ведь если соловья посадить в клетку, то он через какое-то время может умереть без свободы. Виновато одиночество, нежность души «соловья» и тяжёлые душевные переживания…

Но я обращусь к, пожалуй, одному из самых известных стихотворений Николая Рубцова
«Тихая моя родина» - простому, грустному и понятному любому русскому человеку. Вот оно.

 

 

Тихая моя родина!
Ивы, река, соловьи...
Мать моя здесь похоронена
В детские годы мои.

- Где тут погост? Вы не видели?
Сам я найти не могу.-
Тихо ответили жители:
- Это на том берегу.

Тихо ответили жители,
Тихо проехал обоз.
Купол церковной обители
Яркой травою зарос.

Там, где я плавал за рыбами,
Сено гребут в сеновал:
Между речными изгибами
Вырыли люди канал.

Тина теперь и болотина
Там, где купаться любил...
Тихая моя родина,
Я ничего не забыл.

Новый забор перед школою,
Тот же зеленый простор.
Словно ворона веселая,
Сяду опять на забор!

Школа моя деревянная!..
Время придет уезжать -
Речка за мною туманная
Будет бежать и бежать.

С каждой избою и тучею,
С громом, готовым упасть,
Чувствую самую жгучую,
Самую смертную связь.

1964

 

 

 

 

В первом четверостишии лирический герой признаётся в любви своей родине, где он когда-то рос. Будучи взрослым, он решился навестить её. Строчка про мать не может не цеплять, к тому же мы узнаём, что герой рано её потерял.

Он ищет погост, он спрашивает о нём у жителей. Как и тихая родина, её жители тоже тихие, и обоз, что проехал мимо.
В последующих четверостишиях поэт перечисляет увиденное на родине, различные изменения в знакомых местах. Он словно видит себя маленьким, он примеривает взрослого себя к тому, кем был в прошлом и ему невероятно грустно:

…Тихая моя родина,
Я ничего не забыл.


Он знает, что уедет, а родная речка будет за ним бежать.

Однако интересно последнее четверостишие:

С каждой избою и тучею,
С громом, готовым упасть,
Чувствую самую жгучую,
Самую смертную связь.


Перечисляя составляющие его любимой тихой родины, он чувствует самую жгучую смертную связь. Эпитеты «жгучая» и «смертная» носят оттенки одного и того же смысла. Можно обжечься об огонь, в нём можно и сгореть, то есть умереть. Поэт так любит свою тихую родину, что это даже приносит боль – ведь он мучительно понимает конечность нахождения его здесь. Тихая – значит, спокойная, где всегда хорошо. В данном ещё случае тихая родина рассматривается как потерянный рай, в который невозможно вернуться, даже если и физически приедешь на место. Ведь сам поэт что-то безвозвратно  потерял – покой, радость, осталось лишь одно жгучее, смертное сожаление.

Ну, вот мы и разобрали вообщем-то на первый взгляд довольно простой по смыслу текст  стихотворения Николая Рубцова «Тихая моя родина». И кажется –  всё теперь ясно. Ан нет! Существует первоначальный текст, который сегодня совершенно непопулярен и практически неизвестен. Мне он больше нравится. Из-за советской антирелигиозной идеологии Рубцов заменил многие фразы. Вы просто сравните:
 

 

 

 

Тихая моя родина! Ивы, луна, соловьи...
Мать моя здесь похоронена в давние годы мои.
Где же могила, не видели? Поле до края небес.
Тихо ответили жители: «Каждому памятник – крест!»
Тихо ответили жители, тихо проехал обоз.
Купол церковной обители яркой травою зарос.
Лица старушек землистые, вроде могильной земли,
Тоже какою-то мглистою серой травой заросли!
Там, где я плавал за рыбами, сено гребут в сеновал:
Между речными изгибами вырыли люди канал.
Тина теперь и болотина там, где купаться любил.
Тихая моя родина! Я ничего не забыл...
Старый забор перед школою, тщательно выметен сор.
Словно ворона весёлая, сяду опять на забор.
Школа моя деревянная! Поле, холмы, облака...
Мёдом, зерном и сметаною пахнет в тени ивняка.
С каждой избою и тучею, с громом, готовым упасть,
Чувствую самую жгучую, самую смертную связь...


Фраза «Каждому памятник – крест!» указывала на христианское учение, поэтому Рубцову и пришлось убрать её.

А в некоторых современных изданиях вообще отсутствует целое четверостишие:

Там, где я плавал за рыбами,
Сено гребут в сеновал:
Между речными изгибами
Вырыли люди канал.


Люди читают стихотворение и понятия не имеют, что когда-то оно было полнее, что из него по непонятной причине убрали «лишнее» (без ведома Николая Рубцова).

 

 

 

 

Александр Тененбаум
 

 

 

«Каждому памятник – крест!»
Категория: Литература | Просмотров: 2463 | Источник: poet

Похожие материалы
Всего комментариев: 0
avatar